"Сучья война". - С нуля - Тюремная энциклопедия. - Тюремная энциклопедия - Бродяга

МИР ЭТОМУ ДОМУ!

Категории каталога

С нуля

Тюремная энциклопедия

Главная » Статьи » Тюремная энциклопедия. » С нуля

"Сучья война".
  "Сучья война"

   Когда появились воры в законе, никто точно сказать  не  может.  Также
сложно проследить, откуда взялось это словосочетание. На этот счет  име-
ется несколько версий. По самой стойкой из них, такое звание носит прес-
тупник, принятый в воровской тайный орден и соблюдающий все его  законы.
Воры в законе - не только элита криминального мира, это его лидеры.  Они
полностью отвечают за порядок в  тюрьмах  и  колониях,  формируют  новые
преступные кадры, выступают в роли третейских судей и во многих  случаях
даже распоряжаются жизнью обычных  зэков.  Большинство  криминалистов  и
криминологов считает, что воры в законе появились в начале тридцатых го-
дов. По крайней мере, до Октябрьской революции и в  первый  десяток  лет
после нее это понятие нигде не появлялось. Предводители  блатного  клана
родились в эпоху наибольшего подъема тюремно-лагерного искусства молодо-
го СССР. Ничто с такой быстротой и охотой не  создавалось,  как  Главное
управление лагерей, возведенное, прежде всего, из экономических  сообра-
жений. Бесплатная рабсила, помноженная на многомиллионную массу,  осваи-
вала рудники, строила каналы, магистрали и города. При управлении  лаге-
рей существовали ученые, изучавшие физиологию человека, чтобы до миниму-
ма сократить продовольственные и прочие расходы на могучую армию  зэков,
растянувшуюся по всей территории Советского Союза.
   Длительные сроки заключения превращали тюрьмы и лагеря в дом  родной,
требовавший порядка или, хотя бы, его подобия. Огромная  пронумерованная
армия нуждалась в своих генералах, в рычагах внутреннего управления. По-
явление лидеров приветствовали все: и администрация лагерей, и сами  зэ-
ки, особенно политические, страдавшие от уголовной братии. Неформальными
надзирателями становились воры в законе, вышедшие из жиганов и  урок.  И
те и другие относились к элите блатного мира.
   Многие исследователи криминального мира считают, что зона сама выбра-
ла своих вожаков. Но наряду с этим мнением есть еще одно, и довольно лю-
бопытное. Лидеров вполне могли создать сами чекисты, народ, как  извест-
но, находчивый и изобретательный. Так как тысячным конвоям и В ОХРам на-
водить порядки в миллионной толпе с каждым годом становилось  все  слож-
нее, ставку сделали на самую развитую  и  самую  авторитетную  категорию
уголовников-рецидивистов - карманников и шулеров. Их втянули в борьбу за
власть, а победившим эту власть предоставили. Вся эта многоходовая  ком-
бинация проигрывалась в чрезвычайном секрете, втайне от самого ГУЛАГа. О
своей тайной миссии не подозревали даже воры в законе,  настолько  умело
исполнили эту закулисную интригу отцы НКВД. Якобы они и приплюсовали  "в
законе" к уже имеющимся "ворам". По другой версии, законниками стали на-
зывать себя сами лидеры, создавшие и чтившие свои воровские законы.
   Воровской орден креп и развивался, пополняя свои ряды новыми  вожака-
ми-профессионалами. Кадровая политика была жесткой. Вором в  законе  мог
стать далеко не каждый, даже из числа матерых уголовников. За  несколько
лет в тюрьмах и лагерях исчез внутренний хаос, царивший на каторге  и  в
новоиспеченных лагерях. К режимному распорядку зэков прибавился  воровс-
кой устав, запрещавший резать и душить друг дружку просто так, ради ску-
ки, воровать у соседа, дебоширить и отлынивать от работы.
   Нарушители карались жестоко. Самыми тяжкими грехами  здесь  считались
оскорбление или убийство вора в законе. За этим почти  всегда  следовала
смерть. Любой из рядовых уголовников считал за честь отомстить за  преж-
девременную кончину вора: это объяснялось  шкурным  интересом,  то  есть
"продвижением по службе". Администрация тюрем и  лагерей  сквозь  пальцы
смотрела на проделки и обычаи воров и старалась не вмешиваться. Законни-
ки не работали, питались за двоих, спали на лучших нарах  и  следили  за
порядком в зоне.
   Появился общак - воровская касса для грева (поддержки) больниц,  кар-
церов, пересылок, СИЗО. Воры в законе облагали данью всех  зэков.  Выиг-
равшие в карты или кости обязаны были платить налог с выигранной  суммы.
Платили деньгами, папиросами, спиртом, хлебом. Лагерным общаком распоря-
жались смотрящие.
   За все ЧП воры в законе лично  несли  ответственность  перед  сходкой
(или сходняком) - высшим органом воровской власти. Только сходка  прини-
мала в свои ряды новых членов, распоряжалась воровской кассой, назначала
и снимала смотрящих, а также карала самих воров в законе. Причем  лишить
лидера жизни мог только равный по званию, то есть такой же вор в законе.
   После Великой Отечественной войны государство объявило войну ворам  в
законе, которых, по оперативным данным НКВД, уже насчитывалось несколько
тысяч. В официальных инструкциях и переписке выражение  "вор  в  законе"
старались не употреблять. Уголовной элите даже придали другую  уголовную
окраску и стали называть "организованной преступностью". Лишь за принад-
лежность к ворам в законе можно было получить срок. Воров принуждали от-
казываться от своего высокого, потом и кровью добытого звания.  Сломлен-
ные воры становились отказниками (ссученными) и вполне  могли  погибнуть
по приговору сходки, ушедшей в глубокое подполье. В воровском клане воз-
никло противостояние, переросшее в "сучью войну".
   Появились так называемые польские воры - криминальные лидеры,  добро-
вольно отошедшие от классических  законников.  Карающая  длань  державы,
привыкшей воевать, каленым железом выжигала  криминальных  лидеров.  Во-
ровскому братству приходилось уже не карать предателей, а  просто  выжи-
вать. Тем временем ряды польских воров пополнялись развенчанными (бывши-
ми законниками, лишенными сходкой воровского венца), осужденными за пре-
дательство Родины и обычными бандитами. Новоиспеченный клан  воров  ока-
зался менее щепетильным в кадровых вопросах и  мог  наградить  воровским
венцом любого, кто имел реальную силу в уголовном мире. Между  ворами  в
законе и польскими ворами началась борьба за власть в зоне и за  воровс-
кой общак, который хранился не только в лагере, но и на свободе.  Закон-
ники, предпочитавшие смерть безвластию, были сильнее и зачастую побежда-
ли. Доходило до того, что польские отказывались переступать порог  зоны,
где правили воры в законе. Они охотно шли в актив и помогали администра-
ции лагеря (таких именуют суками или кукушками).
   Раскол в воровских рядах продолжался. Те, кто отошел  от  законников,
но не примкнул к польским, принялись создавать в тюрьмах и лагерях  свои
кланы. Но они были малочисленны, слабы и власти практически не имели.  К
ним относились анархисты, ломом подпоясанные, красные шапочки, чугунки и
др. Воров в законе они боялись и стычек с ними тщательно избегали.
   Законники расправлялись с польскими беспощадно. Последних то  и  дело
находили повешенными или с заточкой в сердце (коронный удар вора в зако-
не). Администрация лагерей была бессильна. Законникам накручивали  срок,
держали их в карцерах и даже переводили в другие лагеря, но польские ти-
хо вымирали. Были и такие, кто пытался отречься и от польского венца, но
двойные предатели умирали еще быстрее. Естественно, случались  жертвы  и
среди законников. Но в основном отказники работали тихой сапой  -  пыта-
лись скомпрометировать вора в законе, подорвать его  авторитет,  вызвать
массовое недовольство его положением в лагере.
   Наконец в 1955 году государство сказало "брэк". Враждующие кланы  ра-
зошлись по отдельным спецлагерям. Начальникам спецлагерей строго  запре-
щалось переводить воров из ИТК в ИТК. Через год МВД СССР образовало экс-
периментальный лагерь, где содержались лишь воры в законе. То есть  соб-
рали всех медведей в одну берлогу. (Такая "берлога" - Соликамская ИТК-6,
именуемая в народе "Белый лебедь", - действовала и в 80-х). Это был "ход
конем" - воры начали грызть друг дружку. Спецзона даже не пыталась  зас-
тавить вора работать - вор скорее взял бы заточку, чем кайло или лопату.
   Эксперимент заключался в другом. МВД по официальному заказу ЦК КПСС и
Совета Министров СССР попыталось перековать рецидивистов,  заставить  их
письменно отречься от закона. Другими словами, добровольно снять с  себя
воровской венец - "корону". В первый год эксперимента, когда использова-
лись методы и кнута, и пряника, на путь исправления стали лишь  единицы.
Активисты) решившие досрочно освободиться,  начали  рассылать  воровские
письма-"малявы" во все отряды. В малявах просили следовать их примеру  и
трудиться на благо государства. Посланиям вняли еще несколько воров. Го-
ворят, что активистов убили еще по дороге домой. К концу  пятидесятых  в
СССР от прежнего воровского ордена 30-х осталось лишь три процента. Пос-
ле этого карательная машина успокоилась и торжественно объявила о кончи-
не последнего вора в законе. Исправительно-трудовая  система  и  милиция
стали жить по принципу "как бы": воров в законе как бы не  существовало,
зэками правили как бы начальники отрядов, воровская элита превратилась в
как бы обычную преступную группу. Тем не менее, власть в зоне по-прежне-
му принадлежала ворам в законе. Сердцем тюремно-лагерного  архипелага  -
Колымой - правил тогда московский законник Ваня Львов, сидевший в лагере
у бухты Ванино. Колымские зэки (колымаги) утверждали, что  его  опасался
даже стотысячный ВОХР. Притом Ваня Львов слыл интеллигентом: не пил,  не
курил и заставлял шестерок доставать для него Достоевского и Чехова. И с
тем, и с другим классиком вор готов  был  поспорить  насчет  сахалинских
традиций, описанных в "Записках из мертвого дома" и в "Острове Сахалин".
Спустя несколько лет куратор Колымы Иван Львов был убит наемником.
Категория: С нуля | Добавил: ЖУК (02.06.2008)
Просмотров: 768

Форма входа

Поиск

Друзья сайта

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0